Дракула – пример классического вампира: с одной стороны, он элегантный и думающий, с другой стороны, он кровожаден и постоянно находится в предвкушении новой жертвы. Человеческая кровь для него – это источник пищи, и цель, к которой он стремится всем существом. Однако, даже несмотря на огромное количество соблазненных женщин, которых лишил жизни Дракула киношный, его преступления не идут ни в какое сравнение с теми злодеяниями, которые совершил в свое время настоящий граф Дракула. Влад III, или Влад Цепеш, князь Валахии (ныне Румыния) стал известен, благодаря следующим качествам и поступкам.
Только от одного этого имени становится жутко. Те, кто знаком с романом Брэма Стокера, представляют себе Дракулу загадочным вампиром, который умеет превращаться в летучую мышь и передвигаться по стенам и потолку. Он не стареет, спит в прохладном гробу, пьет человеческую кровь, от его укуса жертва тоже становится вампиром, если не погибнет. Но это все версия ирландского писателя. Заостренные зубы-клыки, длинные когти и смертельная бледность, а еще обязательно элегантный фрак и белая рубашка. Эталонный образ вампира, созданный Брэмом Стокером в конце XIX века. Его Дракула – трансильванский граф, который пьет кровь и превращает людей в вампиров.
Дракула – не просто выдумка писателя. У литературного героя был исторический прототип. Князь Валахии (сейчас это территория Румынии) по имени Влад Цепеш. Воевода был настолько жестоким, что о нем ходило множество легенд, в том числе, о вампиризме. Своих врагов и непослушных подданных Влад Цепеш сажал на кол. Кровь убитых стекала в ведра, куда князь макал свой хлеб за обедом. По одной из версий, за такой садизм Цепеша и прозвали Дракулой, то есть сыном Дьявола. Только на этой кровожадности и заканчивается сходство воеводы с героем Брэма Стокера.
Умер Влад Цепеш в 47 лет. С его похоронами связан еще один миф. Считается, что тело князя проткнули насквозь, а затем отсекли голову. Некоторые историки полагают, это было сделано для того, чтобы отправить ее турецкому султану, с которым воевал Цепеш. По другой версии, так следовало поступить с вампиром, чтобы он не восстал из мертвых. А в XV веке в Южной Европе действительно верили в вампиров. Точнее, так прозаично называли людей, отрекшихся от Христа, но похороненных по христианскому обычаю. Такие не могут обрести покой и мстят за это живым.
Люди верили, что вампиры превращались в летучих мышей, которые по ночам залетали в окна домов и кусали спящих. С кровопийцами этих зверей роднит еще и страх дневного света: он, как известно, причинял им нестерпимую боль. А в реальности днем летучую мышь может легко поймать и съесть хищная птица, поэтому они ведут ночной образ жизни. Но какими бы страшными ни казались летучие мыши, для человека они абсолютно безобидны. Питаются эти крылатые не кровью, а насекомыми. И глаза у летучих мышей черные, а вовсе не красные. Это художественное преувеличение, говорят специалисты.
«Жил да был на свете кровожадный князь Дракула. Он сажал людей на кол, поджаривал на угольях, варил головы в котле, заживо сдирал кожу, разрубал на куски и пил из них кровь...» – рассказывал Авраам Ван Хельсинг, перелистывая книгу о прижизненных преступлениях грозного вампира. Многие помнят этот эпизод из фильма Ф. Копполы, снятого по роману Брэма Стокера «Дракула», и, возможно, именно из этой киноленты узнали, что Дракула не был вымышленным персонажем. У знаменитого вампира есть прототип - князь Валахии Влад Дракула (Цепеш), правивший этим румынским княжеством в середине XV века. И действительно, этого человека по сей день называют «великим извергом», затмившим своими злодеяниями Ирода и Нерона.
Оставим на совести Стокера то, что он «превратил» реальную историческую личность в мифического монстра, и попробуем разобраться, насколько обоснованы обвинения в жестокости и совершал ли Дракула все те зверства, по сравнению с которыми вампирское пристрастие к крови молоденьких девушек кажется невинной забавой.
Деяния князя, широко растиражированные литературными произведениями XV столетия, и в самом деле леденят кровь. Страшное впечатление производят рассказы о том, как Дракула любил пировать, наблюдая за муками посаженных на кол жертв, как он сжег бродяг, которых сам же пригласил на пир, как приказал забить гвозди в головы не снявшим шапки иностранным послам, и прочее, прочее... В воображении читателя, впервые узнавшего о злодеяниях этого средневекового правителя, возникает образ свирепого безжалостного человека с колким взглядом недобрых глаз, отражавших черную сущность злодея. Такой образ вполне соответствует немецким книжным гравюрам, запечатлевшим черты тирана, однако гравюры появились уже после гибели Влада. А вот тех, кому доведется увидеть прижизненный, практически неизвестный у нас портрет Дракулы, ждет разочарование – изображенный на холсте человек явно «не тенет» на кровожадного садиста и маньяка. Маленький эксперимент показал: люди, не знавшие, кто именно изображен на холсте, нередко называли «неизвестного» красивым, несчастным… Попробуем и мы на минуту забыть о репутации «великого изверга», непредвзято посмотреть на портрет Дракулы. Прежде всего, привлекают внимание большие, страдальческие, красивые глаза Влада. В них можно заметить растерянность, испуг, но нет даже тени жестокости и злобы. А еще поражает неестественная худоба его изможденного желтоватого лица. Рассматривая портрет, можно предположить, что на долю этого человека выпали жестокие испытания и лишения, что он скорее мученик, нежели изверг, жертва, а не палач…
Что же это: намеренный обман художника или столь разительное несоответствие между истинным портретом Дракулы и данной ему характеристикой имеет иное объяснение? Проведем небольшое расследование, обратившись к «уликам» – письменным документам XV века. Все ли они, как кажется на первый взгляд, свидетельствуют против Дракулы или это только вершина айсберга, наиболее эффектные запоминающиеся произведения, оттеснившие на второй план сухие, могущие показаться скучными документы? Действительно, мы судим о поступках Влада по художественным, большей частью немецким повестям того периода, оставляя в стороне сохранившиеся по сей день в архивах письма самого князя и другие официальные документы, относящиеся ко времени его правления. Каким же предстает Влад Дракула в свете объективного исторического анализа?
Влад возглавил Валахию в возрасте двадцати пяти лет, в 1456 году, в очень тяжелые для княжества времена, когда Османская империя расширяла свои владения на Балканах, захватывая одну страну за другой. Уже попали под турецкий гнет Сербия и Болгария, пал Константинополь, прямая угроза нависла над румынскими княжествами. Князь маленькой Валахии успешно противостоял агрессору и даже сам атаковал турок, совершив в 1458 году поход на территорию оккупированной Болгарии. Одна из целей похода – освободить и расселить на землях Валахии исповедовавших православие болгарских крестьян. Европа восторженно приветствовала победу Дракулы, а импульсивные итальянцы даже стали называть жителей Валахии «Draguli», в честь их бесстрашного князя.
Тем не менее большая война с Турцией была неизбежна. Валахия препятствовала расширению Османской империи, и султан Мехмед II принял решение военным путем свергнуть неугодного князя. На трон Валахии претендовал младший брат Дракулы Раду Красивый, принявший ислам и ставший фаворитом султана. Понимая, что не сможет в одиночку противостоять самой большой со времени покорения Константинополя турецкой армии, Дракула обратился за помощью к союзникам. Среди них были и римский папа Пий II, обещавший дать деньги на крестовый поход, и молодой венгерский король Матьяш Корвин, называвший Влада «любимым и верным другом», и лидеры других христианских стран. Все они на словах поддержали валашского князя, однако, когда летом 1462 года грянула беда, Дракула остался один на один с грозным врагом.
Положение было отчаянным, и Влад сделал все возможное, чтобы выстоять в этой неравной схватке. Он призвал в армию все мужское население княжества начиная с двенадцатилетнего возраста, применял тактику выжженной земли, оставляя врагу сожженные деревни, где невозможно было пополнить запасы продовольствия, вел партизанскую войну. Еще одним оружием князя стал панический ужас, который он внушал захватчикам. Защищая свою землю, Дракула безжалостно истреблял врагов, в частности, сажал пленных на кол, используя против турок очень «популярную» в самой Османской империи казнь.
Турецко-валашская война лета 1462 года вошла в историю знаменитой ночной атакой, во время которой удалось уничтожить до пятнадцати тысяч османов. Султан уже стоял у столицы княжества Тырговиште, когда Дракула вместе с семью тысячами своих воинов проник во вражеский лагерь, намереваясь убить турецкого вождя и тем самым остановить агрессию. Владу не удалось до конца осуществить свой дерзкий план, но неожиданная ночная атака вызвала панику во вражеском лагере и как следствие – очень большие потери. После кровавой ночи Мехмед II покинул Валахию, оставив часть войск Раду Красивому, которому предстояло самому вырвать власть из рук старшего брата.
Блестящая победа Дракулы над войсками султана оказалась бесполезной: Влад победил врага, но не смог противостоять «друзьям». Предательство молдавского князя Штефана, двоюродного брата и друга Дракулы, неожиданно перешедшего на сторону Раду, оказалось переломным моментом в войне. Дракула не мог сражаться на два фронта и отступил в Трансильванию, где его ждали пришедшие на помощь войска еще одного «друга» – венгерского короля Матьяша Корвина.
А дальше случилось нечто странное. В разгар переговоров Корвин приказал арестовать своего «верного и любимого друга», обвинив в тайной переписке с Турцией. В письмах, якобы перехваченных венграми, Дракула молил Мехмеда II о прощении, предлагал свою помощь в захвате Венгрии и самого венгерского короля. Большинство современных историков считают письма грубо сфабрикованной подделкой: они написаны в несвойственной Дракуле манере, выдвинутые в них предложения абсурдны, но самое главное – подлинники писем, эти важнейшие улики, решившие судьбу князя, были «утеряны», и сохранились только их копии на латинском языке, приведенные в «Записках» Пия II. Подписи Дракулы на них, естественно, не стояло. Тем не менее Влада арестовали в конце ноября 1462 года, заковали в цепи и отправили в венгерскую столицу Буду, где он без суда и следствия находился в тюрьме около двенадцати лет.
Что же заставило Матьяша согласиться с вздорными обвинениями и жестоко расправиться со своим союзником, в свое время помогшим ему взойти на венгерский престол? Причина оказалась банальной. По свидетельству автора «Венгерской хроники» Антонио Бонфини, Матьяш Корвин получил от папы Пия II сорок тысяч гульденов на проведение крестового похода, но не использовал эти деньги по назначению. Иными словами, постоянно нуждавшийся в деньгах король просто прикарманил значительную сумму и переложил вину за сорванный поход на своего вассала, который будто бы вел двойную игру и интриговал с турками. Однако обвинения в государственной измене человека, известного в Европе непримиримой борьбой с Османской империей, того, кто едва не убил и фактически обратил в бегство покорителя Константинополя Мехмеда II, звучали достаточно абсурдно. Желая понять, что же случилось на самом деле, Пий II поручил своему посланнику в Буде Николасу Модруссе на месте разобраться в происходящем. Вот как Модрусса описывал внешность находившегося в венгерских застенках узника:
«Он был не очень высоким, но очень коренастым и сильным, с холодным и ужасным видом, сильным орлиным носом, вздутыми ноздрями и тонким красноватым лицом, на котором очень длинные ресницы обрамляли большие, широко открытые зеленые глаза; густые черные брови делали его вид угрожающим. Его лицо и подбородок были выбриты, но имелись усы, вздутые виски увеличивали объем его головы, бычья шея связывала его голову с туловищем, волнистые черные локоны свисали на его широкие плечи».
Модрусса не оставил свидетельств того, что говорил в свою защиту пленник короля Матьяша, но описание его внешности оказалось красноречивее любых слов. Вид Дракулы на самом деле был ужасен: распухшая, заметно увеличившаяся в объеме голова и налитое кровью лицо указывали на то, что князя пытали, принуждая признать ложные обвинения, например подписать сфабрикованные письма и тем самым узаконить действия Корвина. Но Влад, переживший в юности, еще до прихода к власти, ужасы турецкого плена, мужественно встретил новые испытания. Он не оговорил себя, не поставил свою подпись на фальсифицированных документах, и королю пришлось придумывать другие обвинения, не требовавшие письменного признания пленника.
Князя обвинили в жестокости, которую он якобы проявлял по отношению к саксонскому населению входившей в состав Венгерского королевства Трансильвании. По свидетельству Модруссы, Матьяш Корвин лично рассказывал о злодеяниях своего вассала, а затем предъявил некий анонимный документ, в котором обстоятельно, с немецкой пунктуальностью сообщалось о кровавых похождениях «великого изверга». В доносе говорилось о десятках тысяч замученных мирных жителях и впервые упоминались анекдоты о заживо сожженных нищих, о посаженных на кол монахах, о том, как Дракула приказал прибить гвоздями шапки к головам иностранных послов, и прочие подобные истории. Неизвестный автор сравнивал валашского князя с тиранами древности, утверждая, что во времена его правления Валахия напоминала «лес из посаженных на кол», обвинял Влада в невиданной жестокости, но при этом совершенно не заботился о правдоподобии своего рассказа. В тексте доноса встречается очень много противоречий, например, приведенные в документе названия населенных пунктов, где будто бы было уничтожено по 20-30 тысяч (!) человек, до сих пор не могут быть идентифицированы историками.
Что же послужило документальной основой для этого доноса? Мы знаем, что Дракула действительно совершил несколько рейдов в Трансильванию, уничтожая скрывавшихся там заговорщиков, среди которых находились претенденты на валашский престол. Но, несмотря на эти локальные военные операции, князь не прерывал коммерческих отношений с трансильванскими саксонскими городами Сибиу и Брашов, что подтверждает деловая переписка Дракулы того периода. Очень важно отметить, что, помимо появившегося в 1462 году доноса, нет ни одного более раннего свидетельства о массовых убийствах мирного населения на территории Трансильвании в 50-е годы XV века.
Невозможно представить, как уничтожение десятков тысяч человек, регулярно происходившее на протяжении нескольких лет, могло бы остаться незамеченным в Европе и не нашло бы отражения в хрониках и дипломатической переписке тех лет. Следовательно, рейды Дракулы в принадлежавшие Валахии, но расположенные на территории Трансильвании анклавы в момент их проведения рассматривались в европейских странах как внутреннее дело Валахии и не вызывали никакого общественного резонанса. На основании этих фактов можно утверждать, что анонимный документ, впервые сообщивший о злодеяниях «великого изверга», не соответствовал действительности и оказался очередной фальшивкой, сфабрикованной по приказу короля Матьяша вслед за «письмом к султану» для того, чтобы оправдать незаконный арест Влада Дракулы.
Для папы Пия II – а он был близким другом германского императора Фридриха III и в силу этого сочувствовал саксонскому населению Трансильвании – таких объяснений оказалось достаточно. Он не стал вмешиваться в судьбу высокопоставленного пленника, оставив в силе решение венгерского короля. А вот сам Матьяш Корвин, чувствуя шаткость выдвинутых им обвинений, продолжал дискредитировать томившегося в темнице Дракулу, прибегнув, говоря современным языком, к услугам «средств массовой информации». Поэма Михаэля Бехайма, созданная на основе доноса, гравюры, изображавшие жестокого тирана, «разосланные по всему миру для всеобщего обозрения», и, наконец, множество тиражей первопечатных брошюр (из которых до нас дошли тринадцать) под общим названием «Об одном великом изверге» – все это должно было сформировать негативное отношение к Дракуле, превратив его из героя в злодея.
Портрет Влада, о котором уже говорилось, также был написан во время его тюремного заключения. Возможно, Матьяш хотел заполучить изображение «чудовища», но просчитался – кисть художника запечатлела на холсте благородный, полный достоинства облик валашского князя. А богатая одежда только подчеркивала желтый, болезненный цвет лица и крайнюю степень истощения узника, указывавшую на то, в каких ужасных условиях он содержался на самом деле.
Судя по всему, Матьяш Корвин не собирался освобождать своего пленника, обрекая его на медленное умирание в темнице. Но судьба подарила Дракуле возможность пережить еще один взлет. Во время правления Раду Красивого Валахия полностью подчинилась Турции, что не могло не тревожить нового римского папу Сикста IV. Вероятно, именно вмешательство понтифика изменило судьбу Дракулы. Князь Валахии на деле показал, что может противостоять турецкой угрозе, а потому именно Владу предстояло вести в бой христианскую армию в новом крестовом походе. Условиями освобождения князя из тюрьмы стали его переход из православной веры в католическую и женитьба на двоюродной сестре Матьяша Корвина. Парадоксально, но «великий изверг» мог получить свободу, лишь породнившись с венгерским королем, который еще недавно представлял Дракулу кровожадным монстром...
Спустя два года после освобождения, летом 1476 года, Влад в качестве одного из командующих венгерской армией выступил в поход; его цель состояла в освобождении оккупированной турками Валахии. Войска проходили по территории Трансильвании, и сохранились документы, сообщающие, что горожане саксонского Брашова радостно приветствовали возвращение «великого изверга», который, если верить доносу, еще несколько лет назад творил здесь неслыханные злодеяния.
Вступив с боями в Валахию, Дракула вытеснил турецкие войска и 26 ноября 1476 года вновь взошел на престол княжества. Его правление оказалось очень коротким – князя окружали явные и скрытые враги, а потому роковая развязка была неизбежна. Гибель Влада в конце декабря того же года окутана тайной. Есть несколько версий случившегося, но все они сводятся к тому, что князь пал жертвой измены, доверившись находившимся в его окружении предателям. Известно, что голову Дракулы передали в дар турецкому султану, и тот приказал выставить ее на одной из площадей Константинополя. А румынские фольклорные источники сообщают, что обезглавленное тело князя нашли монахи расположенного неподалеку от Бухареста монастыря Снагов и похоронили в построенной самим Дракулой часовне возле алтаря.
Так оборвалась короткая, но яркая жизнь Влада Дракулы. Почему же, вопреки фактам, свидетельствующим о том, что валашского князя «подставили» и оклеветали, молва продолжает приписывать ему злодеяния, которые он никогда не совершал? Противники Дракулы утверждают: во-первых, многочисленные произведения разных авторов сообщают о жестокости Влада, и, следовательно, такая точка зрения не может не быть объективной, а во-вторых, нет хроник, в которых он предстает в качестве творящего благочестивые дела правителя. Опровергнуть такие аргументы несложно. Анализ произведений, в которых говорится о злодеяниях Дракулы, доказывает, что все они либо восходят к рукописному доносу 1462 года, «оправдывающему» арест валашского князя, либо написаны людьми, находившимися при венгерском дворе во времена правления Матьяша Корвина. Отсюда же черпал сведения для своей повести о Дракуле, написанной около 1484 года, и русский посол в Венгрии дьяк Федор Курицын.
Проникнув в Валахию, широко растиражированные истории о деяниях «великого изверга» трансформировались в псевдофольклорные повествования, которые на самом деле не имеют ничего общего с народными преданиями, записанными фольклористами в районах Румынии, непосредственно связанных с жизнью Дракулы. Что же касается турецких хроник, то оригиналь ные эпизоды, не совпадающие с немецкими произведениями, заслуживают более пристального внимания. В них турецкие хроникеры, не жалея красок, описывают жестокость и храбрость наводившего ужас на врагов «Казыклы» (что означает – Сажатель на кол) и даже частично признают тот факт, что он обратил в бегство самого султана. Мы прекрасно понимаем, что описания хода военных действий противоборствующими сторонами не могут быть беспристрастными, однако не оспариваем и того, что Влад Дракула действительно очень жестоко расправлялся с пришедшими на его землю захватчиками.
Проанализировав источники XV столетия, можно уверенно утверждать, что Дракула не совершал приписываемых ему чудовищных преступлений. Он действовал в соответствии с жестокими законами войны, но уничтожение агрессора на поле боя ни при каких обстоятельствах нельзя приравнивать к геноциду мирного населения, в коем Дракулу обвинял заказчик анонимного доноса. Рассказы о зверствах в Трансильвании, за которые Дракула и получил репутацию «великого изверга», оказались клеветой, преследовавшей конкретные корыстные цели. История сложилась так, что потомки судят о Дракуле по тому, как описывали поступки Влада его враги, стремившиеся опорочить князя, – где уж в такой ситуации говорить об объективности?!
Что же касается отсутствия хроник, восхваляющих Дракулу, это объясняется слишком коротким сроком его правления. Он просто не успел, а возможно, и не посчитал необходимым обзавестись придворными летописцами, в обязанности которых входило восхваление правителя. Иное дело прославившийся своей просвещенностью и гуманизмом король Матьяш, «со смертью которого умерла и справедливость», или правивший без малого полвека молдавский князь Штефан, предавший Дракулу и посадивший на кол две тысячи румын, но при этом прозванный Великим и Святым...
В мутном потоке лжи трудно различить правду, но, к счастью, до нас дошли документальные свидетельства того, как правил страной Влад Дракула. Сохранились подписанные им грамоты, в которых он дарил крестьянам земли, жаловал привилегии монастырям, договор с Турцией, скрупулезно и последовательно отстаивавший права граждан Валахии. Мы знаем, что Дракула настаивал на соблюдении церковных обрядов погребения для казненных преступников, и этот очень важный факт полностью опровергает утверждение о том, будто он сажал на кол исповедовавших христианство жителей румынских княжеств. Известно, что он строил церкви и монастыри, основал Бухарест, с отчаянной храбростью сражался с турецкими захватчиками, защищая свой народ и свою землю. А еще есть легенда о том, как Дракула встречался с Богом, пытаясь узнать, где находится могила его отца, чтобы на этом месте воздвигнуть храм...
Есть два образа Дракулы. Мы знаем Дракулу – национального героя Румынии, мудрого и храброго правителя, мученика, преданного друзьями и около трети жизни проведшего в тюрьмах, оболганного, оклеветанного, но не сломленного. Однако нам известен и другой Дракула – герой анекдотических повестей XV века, маньяк, «великий зверг», а позже и вовсе проклятый Богом вампир.
Кстати, о вампиризме: в каких бы зверствах ни обвиняли князя его современники, нет ни одного письменного источника, в котором бы говорилось, что он пил кровь своих жертв. Идея «превратить» Дракулу в вампира возникла только в XIX веке. Состоявший в оккультном ордене «Золотая Заря» (он практиковал черную магию), Брэм Стокер заинтересовался этой исторической личностью с подачи профессора Арминиуса Вамбери, который был известен не только как ученый, но и как венгерский националист. Так и появился граф Дракула – литературный персонаж, постепенно превратившийся в массовом сознании в главного вампира всех времен и народов.
Сказания, хроники, летописи, легенды… Во всех этих источниках Влад Дракула предстает как жестокий правитель, тиран. Но откуда взялись легенды о том, что он был вампиром?
Возможно, вас ждет разочарование, но настоящий Дракула кровь не пил. В Румынии, где историю правления этого князя дети изучают в школах и установлен памятник валашскому господарю Владу Цепешу, а его именем назван небольшой город под Бухарестом, это знает практически каждый. Возможно, правителем он был жестоким. Источники утверждают, что он жег, сдирал кожу, вспарывал животы, отрубал руки и ноги, отрезал носы, забивал гвозди в голову и конечно же в огромных количествах сажал на кол. Но чтобы пить кровь…
Оклеветал Влада ирландец Брем Стокер, когда писателю понадобилось имя для главного героя его нового романа о вампирах. Знакомый будапештский профессор, ставший в награду за содействие в написании книги прототипом борца с вампирами в романе, подсказал автору имя Дракулы, репутация которого соответствовала колориту романа.
Роман вышел в 1897 году и стал бестселлером. Затем образ вампира графа Дракулы был подхвачен кинематографом и благодаря своей эффектности стал чрезвычайно популярен. Количество фильмов о Дракуле исчисляется сотнями, и все время появляются новые. Естественно, кинообраз бесконечно далек от реального облика исторического Цепеша.
Далек от реального облика Дракулы и герой Стокера. Кроме имени и приблизительного места действия, ничего реального в романе не осталось. Дракула назван в романе графом, хотя даже еще не будучи господарем, то есть князем, он имел право на титул герцога. Местом его жительства в романе названа Северная Трансильвания, а в реальности Влад был связан в основном с южными районами этой страны, был господарем в Валахии. Никакие легенды никогда не связывали Дракулу с вампиризмом, хотя с его именем ассоциировались мифы об оборотнях, которые в XIX веке переплелись с мифами о вампирах.
Впрочем, Стокер писал свой нашумевший роман не на голом месте, он опирался на тот же самый фольклор, сбору которого посвятил немало времени и сил. Возникли ли эти легенды при жизни Влада Цепеша – или это произошло позже?
В упоминавшемся русском «Сказании о Дракуле воеводе» есть немало мистических моментов: например, там рассказывается такая история: «Изготовили мастера для него (Дракулы) железные бочки; он же наполнил их золотом и погрузил в реку. А мастеров тех повелел изрубить, чтобы никто не узнал о его окаянстве, кроме тезки его дьявола». Казалось бы, в сопоставлении с прочими описываемыми деяниями Дракулы, убийство им мастеров кажется ординарным злодейством, и можно недоумевать, почему именно здесь автор «Сказания» вспоминает о дьяволе. Дело, вероятно, в том, что этот эпизод указывает на колдовские, сатанинские качества воеводы. Ведь, согласно фольклорным представлениям, клады прячут разбойники и колдуны, разбойники используют волшебные предметы, едят человеческое мясо, умеют превращаться в зверей и птиц, им ведомы запретные слова, которым повинуются люди, животные и предметы.
Фольклорные грабители не только умеют грабить, они знают, как хранить награбленное. Такое знание доступно не всякому смертному, и, судя по фольклорным текстам, это знание – волшебное. На Руси также бытовало поверье, что клады прячут с зароком и даются тому только, кто исполнит зарок, а согласно румынским преданиям, одной из причин неупокоенности мертвеца бывают спрятанные им при жизни сокровища. С помощью приведенного эпизода автор «Сказания» как бы подчеркивает, что валашский господарь не просто тезка дьявола, но и действует словно колдун, по определению с дьяволом связанный. Так что история закапывания Дракулой клада с последующим убийством свидетелей перекликается с целым пластом подобных историй о колдунах.
Интересным кажется и то, что в поздних легендах о смерти Дракулы источники на удивление единодушны относительно того, что стало с телом князя после смерти: его проткнули насквозь, а затем отсекли голову – по одной из версий, чтобы отправить турецкому султану в знак преданности. Однако любой поклонник жанра ужасов знает, что именно так и следует поступать с телами вампиров. Стала популярной и легенда о том, что Дракулу монахи захоронили так, чтобы входящие попирали прах ногами.
Еще одной причиной, по которой распространилось мнение о том, что Дракула стал вампиром, явился сюжет о переходе Влада в католичество. Документальных подтверждений тому нет, напротив, Цепеш был похоронен не как католик, но как православный, в монастыре. Но, тем не менее, распространилась легенда о том, что томившийся в тюрьме володарь был вынужден принять католичество, чтобы получить свободу. Авторам немецких печатных брошюр это его деяние послужило поводом к некоторому оправданию Дракулы, в соответствии с распространенным сюжетом о злодее (разбойнике, тиране), исправившемся после крещения и покаяния.
У румын же, напротив, существует поверье: православный, отрекшийся от своей веры, непременно становится вампиром, ведь переходя в католичество, православный, хотя и сохранял право на причащение Телом Христовым, отказывался от причастия Кровью, поскольку у католиков двойное причастие – привилегия клира. Соответственно, вероотступник должен был стремиться компенсировать «ущерб», а коль скоро измена вере не обходится без дьявольского вмешательства, то и способ «компенсации» выбирается по дьявольской подсказке. В XV веке тема вероотступничества была очень актуальна. Именно тогда, например, гуситы воевали со всем католическим рыцарством, отстаивая «право Чаши» (т.е. право причащаться Кровью Христовой, будучи католиками-мирянами), за что их и прозвали «чашниками». Борьбу с «чашниками» возглавлял император Сигизмунд Люксембург, и как раз тогда, когда отец Дракулы стал «рыцарем Дракона».
Получается, что зловещая репутация вампира могла складываться еще при жизни валашского воеводы. Современники вполне могли видеть в Дракуле упыря, однако следует учитывать, что их представление о вампирах существенно отличалось от нынешнего, сложившегося благодаря литературе и кинематографу. В XV веке упыря считали колдуном, чернокнижником, обязательно заключившим союз с дьяволом ради благ мирских. Такому колдуну-вампиру кровь нужна для совершения магических обрядов. К примеру, современник Дракулы знаменитый Жиль де Рэ, маршал Франции, вошедший в историю благодаря изуверским казням и пыткам, подозревался в колдовстве: предполагалось, что он, будучи магом, использовал кровь и внутренности жертв. Не исключено, что и кровавые расправы Влада Цепеша воспринимались аналогично – колдуну-вероотступнику тем более полагалось быть изощренно жестоким, сладострастно экспериментировать с человеческим телом и кровью. Любопытная параллель есть и в русской литературе: колдун-оборотень из повести Гоголя «Страшная месть» – вероотступник, причем перешедший именно в католичество, и он, подобно Дракуле, хранит в земле несметные сокровища.
Не следует легкомысленно относиться к легендам, ведь еще несколько десятилетий назад подобное отношение к вампирам вообще вызвало бы негодование у многих жителей Трансильвании. Для них и их предков вампир (он же упырь, вурдалак, вукодлак) вовсе не был страшной сказкой. Он часто воспринимался гораздо прозаичнее – как вполне конкретная напасть, нечто вроде смертельно опасной заразной болезни. Именно в Трансильвании и прилегающих к ней областях Южной Европы люди на протяжении столетий верили в существование живых мертвецов и приводили в подтверждение своей веры множество случаев, нередко подтвержденных десятками свидетелей.
Если обобщить эти, в общем-то, похожие истории, вырисовывается следующая картина. Вампирами, как правило, становятся люди, отрекшиеся от Христа, но захороненные в земле, освященной по христианскому обряду. (А так, по легенде, и обстояло дело с Владом Цепешем.) Они не могут найти упокоения и мстят за это живым. Интересно, что вампиры предпочитают нападать на своих родственников и близких друзей.
Вампиризм в представлениях жителей Трансильвании действительно напоминает заразную болезнь – укушенный вампиром после смерти сам превращается в вампира. Интересно, что описаны случаи передачи вампиризма через животных. След от укуса напоминает укус пиявки, только расположен на шее или в области сердца. Если не принять своевременных мер, пострадавший начинает быстро терять силы и умирает без иных видимых причин через одну – две недели. Меры же для лечения человека, подвергшегося нападению вампира, народная традиция предлагает довольно специфические. Это отнюдь не цветы чеснока, крест и оградительные молитвы, как в романе Стокера.
В Южной Европе главным и самым действенным средством в такой ситуации считалась земля с могилы вампира, перемешанная с его кровью. Этим снадобьем следует натереть место укуса, а самого вампира обязательно уничтожить. Но его сначала нужно обнаружить. Для этого достаточно раскопать все подозрительные могилы, там и скрывается вампир, которого несложно отличить от обычного мертвеца. Тело вампира не подвержено тлению и трупному окоченению, конечности сохраняют гибкость, глаза обычно открыты. У него продолжают расти ногти и волосы, а во рту полно свежей крови.
Самым испытанным и распространенным средством уничтожения вампиров в Трансильвании, как и во многих иных местах, считается осиновый кол, который нужно загнать упырю в сердце. Однако не всегда данная мера оказывается достаточной. Поэтому кол обычно сочетают с отрубанием головы и последующим сожжением трупа. Стрельба же серебряными пулями у «знатоков» считается не более чем нелепыми дилетантскими фантазиями в стиле голливудских вестернов. Интересно, что в рассказах о появлении вампиров и борьбе с ними крайне редко можно встретить упоминание о священнике и практически отсутствует обращение к церковным Таинствам как средству защиты от живых мертвецов.
Похоже, все связанное с вампирами и верой в их существование есть порождение наиболее темной стороны народной фантазии, по сей день тесно связанной с язычеством. Вместе с тем, иногда рассказы о вампирах и их жертвах становятся формой проявления народного юмора. Так, наряду с многочисленными зловещими преданиями, известен рассказ о трусливом крестьянине, которому случилось поздно вечером возвращаться домой мимо деревенского кладбища. Поравнявшись с крайними могилами, он услышал, как кто-то грызет кость. Крестьянин страшно испугался, решив, что слышит звуки, сопровождающие ужасную трапезу вампира. Вспомнив средства, рекомендованные в таких случаях, наш храбрец решил подобраться поближе и натереться землей с могилы предполагаемого вампира. Осторожно пробираясь на звук по кладбищу, он действительно увидел разрытую яму. Затаив дыхание, крестьянин подошел ближе и увидел собаку, которая грызла кость. Едва он успел облегченно вздохнуть, как собака, решившая, что пришелец хочет отнять кость, бросилась на него и укусила за руку.
Шутки – шутками, легенды – легендами, но окончательно Влад Цепеш стал вампиром все-таки с легкой руки Брема Стокера, в конце XIX века. Это было время, когда писатели активно использовали народные сказания и древние источники как основу для своих произведений. Сам Стокер долгое время исследовал народные поверья, чтобы использовать их в романе, знакомился с историческими источниками. Интересно, что в это же время к «вампирской» теме обратились еще два, несомненно, куда более талантливых писателя: Проспер Мериме и Алексей Константинович Толстой. Однако их «Локис» и «Упырь» не повлекли за собой такой длинной череды продолжений, перепевов, экранизаций, как «Дракула» Стокера. Его успех обусловлен отнюдь не только литературными достоинствами книги, а потрясающим, стопроцентным попаданием в выборе героя – своеобразным обаянием настоящего Влада Цепеша, господаря валашского Дракулы.
Благодаря многочисленным экранизациям романа Стокера образ Дракулы стал своего рода символом Трансильвании. На месте, где якобы находилось жилище Влада, сооружен «средневековый» замок. В нем ежегодно проходит международный фестиваль Дракулы. Конечно, этот фестиваль не имеет ничего общего с ужасами настоящей «черной мессы» и больше напоминает знаменитый американский Хэллоуин. В Румынии сооружен огромный «Дракулаленд», в котором можно приобщиться к развлечениям в стиле хоррор… Так Дракула из национального героя почти официально превратился в своеобразный румынский бренд. Город, в котором родился Влад Цепеш – Сигишоара – стал вселенской столицей вампиризма.
Дракуломания ширится и притягивает и ученых. Так, в 1994 году группа румынских историков учредила «Трансильванское общество Дракулы» – «ассоциацию, стоящую вне политики и стремления получать доходы, но целиком посвященную анализу феномена проникновения в Румынию западноевропейского мифа о Дракуле». Хотя меркантильные вопросы оказались историкам все же не чужды, поскольку большинство туристических маршрутов по «следам боевой славы» Влада Цепеша находится в ведении общества. «Общество Дракулы» раз в четыре года проводит в Сигишоаре весьма представительный международный научный конгресс. Еще бы – одних только клубов поклонников графа в мире насчитывается более 4 тысяч!
Мифическому Дракуле посвящено множество романов и повестей, статей в газетах и журналах, и даже множество томов научной литературы. Фильмография «Дракулиады» на сегодняшний день насчитывает около сотни картин – от экранных шедевров до откровенных пародий. Не говоря уже о множестве ролевых компьютерных игр вроде «Камарильи», «Маскарада», «Дракулы» и прочих.
Но как бы не распространялся масскультурный миф о «графе Дракуле», все-таки не стоит забывать, что Влад Цепеш был реальным историческим правителем, человеком неординарным и неоднозначным, непохожим ни на одного из своих экранных и литературных героев. Взгляните на прижизненный портрет Дракулы. Человек, изображенный на холсте, совсем «не тянет» на кровожадного садиста и маньяка. В выражении его лица, отмеченного печатью глубокого ума и твердой воли, есть что-то философское, а сочетанием улыбающихся глаз и саркастической складки рта он напоминает Монтеня (если судить по дошедшим до нас портретам последнего), жившего веком позже. Привлекают внимание большие, страдальческие, красивые глаза Влада. Можно предположить, что на долю этого человека выпали жестокие испытания и лишения, что он скорее мученик, нежели изверг, жертва, а не палач.
Граф Дракула: 10 жутких фактов, о которых не напишут в учебниках
1. Дракула смачивал хлеб в чаше с кровью, прежде чем его съесть
Реальный граф Дракула, возможно, и не сосал кровь из шеи своих жертв напрямую, однако, он все же употреблял её в пищу: кровь убиенных им людей стекала в чашу, в которую он макал куски хлеба и другую еду. В рукописях пятнадцатого века упоминается один ужасающий случай из жизни кровожадного графа. Влад Цепеш пригласил в свой замок несколько гостей и прямо за обеденным столом посадил всех на кол. Затем он не торопясь, окончил свою трапезу и обмакнул куски хлеба в кровь, которая стекала из тел убиенных гостей. Вот таким своеобразным «десертом» Дракула лакомился довольно часто.
2. Он мстил за отца, убивая сотни невинных людей
Он не просто убивал людей, он их мучил, медленно протыкая животы тупым орудием пыток. Известно, что большую часть своей жизни Влад Цепеш провел в турецкой тюрьме, а когда вышел на свободу, узнал о том, что в результате предательства собственным народом, его отец был заживо похоронен венгерскими солдатами. Влад узнал, что в заговоре против отца участвовали многие из дворян, которые служили его отцу, однако, он не знал, кто именно был предателем. Ему пришла в голову идея пригласить всех в свой замок и расправиться с ними. В общей сложности, на пир собралось около пятисот человек. Когда праздник был окончен, и гости разошлись отдыхать по комнатам, солдаты Дракулы врывались к каждому и пронзали дворян, среди которых было большинство неповинных в смерти старого графа людей. Дракула продолжал использовать эту тактику бесчисленное количество раз. Изображая радушного хозяина, он заманивал людей к себе домой на различные праздники, а затем убивал их. В конечном итоге, люди знали, что значит быть приглашенным на один из праздников Дракулы, и что им там грозит. Однако, в любом случае, они принимали его предложение, потому что в случае отказа, они рисковали быть убитыми сразу же. Для многих это было безвыходной ситуацией. В любом случае, людей ждала страшная и мучительная смерть.
3. Дракула означает «сын дракона»
Имя Дракула не было придумало Бремом Стокером. Реальный Влад Цепеш, действительно, предпочитал, чтобы его называли именно так. Отец кровожадного графа, Влад II, был членом тайного общества, известного как Орден Дракона. Будучи еще ребенком, Влад Цепеш-младший также был вовлечен в тайный Орден. Это побудило его изменить собственное имя на имя Дракула, что в переводе означает «сын Дракона». В наши дни имя графа всё чаще переводится как «Сын дьявола». В любом случае, столь пугающее имя было вполне совместимо с теми поступками, которые совершал молодой Дракула.
4. Дракула обладал отличным чувством юмора
Это, действительно, правда. За свою жизнь Влад не только убивал и истязал своих жертв. По словам тех, кто знал Влада достаточно хорошо, он очень часто довольно остро шутил по тому или иному поводу. Его чувству юмора можно было позавидовать. Особенно колкие шутки пускал он в адрес несчастных жертв. Например, один из очевидцев тех страшных трапез в замке Дракулы позднее написал в своих мемуарах, как граф, наблюдая за тем, как испускают дух несчастные жертвы, как бы невзначай заметил: какой же грациозностью обладают мои жертвы, как интересно они двигаются, когда их сажаешь на кол. Он сравнил судороги умирающих с движениями лягушки. Однажды в замок, наполненный трупами, пришел очередной гость графа. А так как в воздухе витал запах разлагающихся тел, хозяин вежливо осведомился, не мешает ли зловонье его гостью. На что несчастный ответил, что да, мешает. Тогда граф пронзил его и подвесил к потолку, аргументируя это тем, что запах под потолком не так уж плох, и зловонье не станет больше беспокоить неосторожного гостя.
5. Единственным наказанием было – сажание на кол
Проще всего думать, что Дракула был одиноким и несчастным сумасшедшим, который без причины убивал людей. Однако, это далеко не так. Граф вершил правосудие, как бы ужасно это не звучало. В те времена существовало единственное наказание вне зависимости от того, какое преступление совершил человек. На кол сажали как убийц, так и мелких воришек, которые для того чтобы не умереть с голода, таскали хлеб из кондитерских. Однако, известно, по крайней мере, одно исключение из правил, когда Дракула применил другой вид наказания. Однажды, пересекая территорию, принадлежавшую графу, один цыган украл что-то. Дракула был безжалостен и на этот раз. Он сварил несчастного вора, после чего заставил других цыган из табора съесть его.
6. Он избавлялся от всех больных и бедных, сжигая их на костре
Таким образом граф старался навести порядок на улицах города Тырговиште, в то время являющимся столицей Валахии. Однажды Цепеш пригласил всех больных, бродяг и нищих в один из своих домов, под предлогом праздника. После того, как бедняги наелись досыта, Дракула вежливо извинился и покинул своих «гостей». По его приказу, дом был заколочен досками снаружи, чтобы никто не смог убежать. Затем дом подожгли со всеми, кто находился внутри. Достоверно известно, что ни один человек не выжил в том страшном пожарище. Впоследствии Дракула неоднократно поступал так, сжигая целые деревни, населенные бедными и больными людьми. Таким бесчеловечным способом он «очищал» города и села от всех тех, кого считал лишним в этом мире.
7. Золотая чаша – символ безграничной власти
Влад Цепеш контролировал свой народ весьма жестко, пресекая любой вид преступления. Чтобы доказать, насколько могущественна его власть и насколько сильно люди его боялись, он велел в центре Тырговиште поставить огромную чашу, отлитую из чистого золота. Долгое время чаша находилась в самом центре столицы Валахии. Однако ни один из 60000 человек, живших тогда в городе, даже не смели прикасаться к ней. Любой житель знал, что ему грозит в случае, если чаша будет похищена. В течение всего царствования графа, никто даже не коснулся этого символа власти Дракулы, хотя чаша была на виду у тысяч людей, живущих в полной нищете. Вот такой страх вселяло в людей одно лишь имя Влада Цепеша.
8. Чтобы отравить турецких захватчиков, граф наполнил ядом собственные скважины и колодцы
В 1400-х годах Валахия находилась в состоянии войны со своими соседями, турками. Влад III, который не любил проигрывать, послал свою армию, чтобы вытеснить врагов со своей земли. Но, в конце концов, в результате упорной борьбы, турки заставили Влада отступить. Однако, даже отступая, Дракула не сдавался. Он сжигал все деревни, расположенные на пути у турецкой армии. Сделал он это с расчетом на то, что противникам негде будет отдохнуть. Дракула зашел настолько далеко, что отравил собственные скважины с водой. Вместе с турками отравились и тысячи жители деревень. Чувства сострадания и жалости были Цепешу не знакомы. На войне все средства хороши, даже если гибнут невинные люди.
9. В общей сложности Дракула убил более 100000 человек
Историки утверждают, что жертвами графа, могли стать до 100000 человек. Для Цепеша не существовало половых, возрастных и статусных ограничений. Он мог убить старого человека, а мог посадить на кол невинного младенца. При этом, не брезгуя ничем, он спокойно заканчивал свою трапезу. Очевидцы рассказывали, что в то время, как они с содроганием смотрели на всё происходящее, граф лишь шутил и преспокойно доедал обед или ужин. Во время войны с турками, около 20000 солдат вражеской армии были посажены на кол.
10. Тело Дракулы исчезло
Граф, которого боялся и ненавидел собственный народ, погиб на поле боя во время войны с турками. Его кровожадность сыграла с ним злую шутку. Армия Дракулы в несколько раз превышала армию вражескую армию по своей численности. Однако, несмотря на столь очевидное преимущество, большинство солдат решило перейти на сторону противника. Ведь в стане врага не было таких жестких наказаний, как у Дракулы. Люди, по горло сытые жестокостью своего правителя, не задумываясь, пошли на предательство. Голову Дракуле отрубили его же солдаты, а затем послали её турецкому султану. Тот, в свою очередь, пронзив её копьем, надел её на кол за пределами своего дворца, чтобы каждый прохожий мог видеть голову поверженного тирана. Некоторые историки утверждают, что тело Дракулы затем предали земле на кладбище в монастыре Снагов, который находится за пределами Бухареста. Но также есть противоречивые сообщения о том, что его тело никогда не было найдено, в то время как другие говорят, что возможные останки, действительно, были обнаружены, но затем исчезли. Существует версия, что тело Дракулы было похоронено со всеми его богатствами. Таким образом, могила тирана стала хорошей мишенью для грабителей, которые вместе с сокровищами разнесли на части и останки Цепеша. Ну и самая мистичная версия – это то, что тело Дракулы исчезло само, ведь он же был настоящим драконом.
Влад Цепеш, правитель Валахии, был нестандартным злодеем: думающим, страдающим, по-своему несчастным и одиноким. Его жертвами стали тысячи человек. Вся его жизнь была окутана тайной. Эта мистика не оставила образ Дракулы и после смерти.
|
