С древнейших времен народы, жившие на берегу моря, слагали легенды о существовании чудесных островов, где все не так, как у нас, а гораздо лучше: там и время течет медленнее, и местные обитатели мудры и прекрасны, а еды и других припасов у них всегда вволю.
С незапамятных времен люди рассказывают легенды о далеких землях, где живут удивительные племена – причем их как раз не всегда можно назвать людьми в полном смысле слова, это могут быть и боги, бессмертные или какие-то другие существа. Совокупность подобных историй вполне заслуживает называться мифической географией («единственной, без которой человек не может обойтись», как сформулировал Мирча Элиаде в «Очерках сравнительного религиоведения»). Страны, горы, реки, даже целые континенты, довольно слабо связанные с реальным миром и его рельефом, фигурируют в преданиях многих народов и культур. Особое место в этом микрокосме занимают мифические острова, о которых и пойдет речь в этом материале.
Определенные мифы снискали завидную известность в массовой культуре, в связи с чем имеются мифические острова, о которых знают все или почти все, – в первую очередь, Атлантида и Авалон. Но это только два пункта из весьма длинного списка! Если таковой составлять, опираясь на хронологию, то в первой строчке будет совсем другой, куда более древний топоним.
Остров (или страна) Дильмун из шумерских мифов, возможно, самый старый из сохранившихся в мировой памяти образов священного края, расположенного не на небесах или в ином, лучшем мире, а на земле. Впрочем, не только Дильмун, но и все острова, о которых пойдет речь, находятся так далеко, и путь к ним так труден, что простой смертный, как правило, может его осилить лишь теоретически, если на то будет воля высших сил. Как, например, в случае с Дильмуном это удалось царю-праведнику Зиусудре, который «имя жизни сберег, человечества семя спас» во время Потопа – за что и был вознагражден.
В целом Дильмун описан, с одной стороны, как место весьма идиллическое, в котором нет ни болезней, ни старости: страна пресветлая, непорочная, воссиянная, с прекрасными жилищами, крупными финиками и деревьями-великанами, «дом прибрежный, пристань всей страны». С другой стороны, комментаторы уточняют, что изначальное состояние Дильмуна больше напоминает первобытный хаос, в котором явления не существуют (или не осознают своего существования) по той лишь причине, что еще не названы.
На Дильмуне происходит действие мифа об Энки и Нинхурсаг, в котором в результате сложных отношений между богом мудрости и богиней-матерью на свет появляются восемь богов врачевания. Чаще всего этот мифический край отождествляют с островом Бахрейн.
Термином μακάρων νῆσοι (макарон нэсой), «блаженные острова», древнегреческие географы обозначали земли к западу от Гибралтарского пролива, и в настоящее время Макаронезией называют пять архипелагов в северной части Атлантики, включая всем известные Канарские острова.
Мифическая составляющая термина намного шире: у древних греков остров где-то далеко на западе считался обителью бессмертных, получивших особое вознаграждение от богов за некие заслуги, и фактически отождествлялся с Элизиумом – частью загробного мира, предназначенной для героев и праведников (в ее честь, кстати говоря, и названы Елисейские поля в Париже).
В древности повествования о загадочных, легендарных, поразительных землях были явлением довольно частым. Кроме Островов Блаженных можно вспомнить, например, Огигию – остров нимфы Калипсо, у которой Одиссей провел семь лет в приятной неволе. Контекст позволяет соотнести гомеровскую Огигию с западной частью Средиземного моря, где есть кандидаты на соответствующую роль, однако самое необычное толкование предложил Плутарх в диалоге «О лике, видимом на диске Луны», отождествив остров с... Ирландией.
Заметим, что Острова Блаженных тоже связаны с Кроном/Кроносом; в этом контексте к ним можно причислить и Огигию.
Известнейший миф об Атлантиде, проистекающий из диалогов Платона «Тимей» и «Критий», хоть и повествует о еще одном острове или континенте, имеет немаловажную особенность (помимо того, что Платон мог его сочинить, а не записать): в отличие от Островов Блаженных, Атлантида погибла!
Если Острова фактически представляют собой рай земной, почти недостижимый, но манящий и в некотором смысле успокаивающий самим фактом своего существования и своей незыблемостью, то Атлантида, наоборот, служит назидательным примером; как минимум, она подчеркивает бренность всего сущего и бередит душу историей своего падения «за одни ужасные сутки».
Остров Авал(л)он (в буквальном смысле «остров яблок»), он же «Остров Плодов, который еще именуют Счастливым», упомянут Гальфридом Монмутским в трудах «История бриттов» (1136) и «Жизнь Мерлина» (1149–1151) в связи с циклом преданий о короле Артуре. На Авалоне изготовили знаменитый меч Артура, Экскалибур, и туда же перенесли смертельно раненого короля.
Но Авалон вовсе не единственный в своем роде. Кельты издавна рассказывали на разные лады историю о месте – как правило, острове, – над которым не властны законы бренного мира, включая неумолимое течение времени; там живется легко и привольно под чьим-то мудрым ненавязчивым руководством; самое главное – не возвращаться оттуда, иначе может получиться та же история, что и с Нехтаном, спутником Брана, персонажа ирландской легенды VII-VIII века «Плавание Брана, сына Фебала». Волею судеб Бран и его люди попали на Остров Радости, именуемый также Страной Благодатной, Многоцветной и Страной Женщин.
Но герои не сумели остаться там навсегда из-за тоски по родине, одолевшей Нехтана. Когда моряки отправились домой, он, вопреки предупреждениям жительниц Острова Радости, спрыгнул с корабля, коснулся ирландской земли – и тотчас же превратился в прах, ибо в мире людей прошли века с той поры, как Бран отправился в путешествие, и о нем уже успели сложить легенды.
В предании про Ойсина (Оссиана) этот остров называется Тир на Ног, «Страна [вечной] молодости». Прославленный бард и герой прожил там несколько лет вместе со своей возлюбленной Ниам Златокудрой, после чего по велению сердца вернулся домой – и, случайно коснувшись земли, тотчас же состарился на три века, ибо время в Тир на Ног течет очень медленно. В отличие от Нехтана, Ойсин превратился в дряхлого старика, но не умер сразу (вероятно, потому что был не человеком, а полубогом, сыном легендарного Финна Маккула и богини Садб), успев многое поведать тем, кто его окружал.
Также можно упомянуть валлийский потусторонний мир Аннувн, в некоторых преданиях описанный в виде острова, мифический остров Хай-Брасил (О’Бразил, Бразил), окутанный туманом, который расступается лишь на один день каждые семь лет, и Землю Святого Брендана, якобы открытую католическим монахом из Ирландии в VI в. Но в действительности список намного длиннее, поскольку чудесный остров, зачастую отождествляемый с загробным миром, – достаточно распространенный мотив в кельтском фольклоре, особенно в Ирландии.
В китайской даосской мифологии существуют три горы (некогда их было пять), где обитают бессмертные-сяни; самая известная – гора Пэнлай.
Также в «Ле-Цзы» рассказано о том, как Верховный владыка велел призвать пятнадцать огромных черепах, чтобы с их помощью обеспечить неподвижность священных гор, ибо те двигались вместе с волнами, что причиняло мудрейшим бессмертным определенные неудобства. Из-за злонамеренных действий великана из царства Драконьего Князя, который поймал на удочку шесть черепах из пятнадцати, чтобы сделать из их панцирей принадлежности для гадания, две горы уплыли на север и утонули вместе с жителями.
Из «Исторических записок» Сыма Цяня можно узнать интересные подробности о том, как те или иные императоры посылали людей на поиски священных гор, опираясь как на древние летописи, так и на слухи о тех, кто якобы сумел там побывать. Как нетрудно догадаться, все попытки оказались безуспешными.
Образ этот очень древний, известный во многих культурах: как Дильмун – у шумеров, Элизиум – у эллинов, Авалон – у кельтов, Пэнлайдао, Фанчжан и Инчжоу – у китайцев, Остров вечной юности – у японцев, Джаза’иру-л-Халидат – у арабов (у последних, впрочем, это скорее заимствование, почерпнутое у античных авторов, прежде всего – у Птоломея). Но интересуют нас, конечно же, славяне...
Существует любопытный источник, описывающий следующие события. Некие новгородцы, во главе с неким Моиславом, шли водным путём на трёх ладьях и попали в бурю, которая занесла сию честную компанию к неведомому острову. На острове имелась высокая гора, увенчанная лазоревой иконой с изображением Исуса. Из-за горы доносилось неземное пение, а небо на том острове смыкалось с землёй.
Слова мореплавателей зафиксировал архиепископ Новгородский и Псковский Василий Калика (занимал означенную должность с 1330 по 1352 год). Ну или попросту сочинил легенду для паствы.
Время на острове не движется, а как отметила специалист по славянской культуре Елена Евгеньевна Левкиевская в своей книге «Мифы русского народа», времени нет в потустороннем мире. Да и икона на высокой горе служит скорее символом потусторонности, нежели религиозным атрибутом.
Впрочем, запись архиепископа Калики скорее, скажем так, частный случай, частная небылица. Есть и куда более фольклорные примеры, соответствующие общемировым представлениям о Блаженных островах. И оба они известны широкому кругу во многом благодаря Александру Сергеевичу Пушкину. Конечно же, это остров Буян и Лукоморье...
Остров Буян фигурирует в огромном количестве русских заговоров как средоточие чудесной силы и локация, где хранятся волшебные предметы и где расположен камень алатырь, обозначающий – ни много ни мало – сакральный центр мира, исполняющий желания. Ну а в сказках на острове Буяне растёт дуб, в ветвях которого запрятана смерть самого Кощея.
Археолог и филолог Михаил Фёдорович Болтенко полагал, что мифический остров Буян – это остров Березань в Чёрном море, а историк Георгий Вадимович Вилинбахов – что это остров Руян (Рюген) в Балтийском море. При этом Вилинбахов отмечал: «Вся атрибуция острова Буяна (священный характер, священный дуб, змеи, янтарь, священные птицы, старцы и старицы) полностью соответствуют описаниям Арконского святилища на острове Руяне».
На родственность острова Буяна и вырия указывал в своём мифологическом словаре основатель исследовательской школы теоретической фольклористики Елеазар Моисеевич Мелетинский: «Буян – остров, упоминаемый в русских сказках и заговорах. Находится далеко за морем, наделяется фантастическими чертами потустороннего мира».
Очевидно, название «Буян» происходит от праславянского bujanъ и родственно слову «буйный», однако и в этом случае не обошлось без сторонников теории заимствований, утверждающих, что слово «буян». имеющее, по Фасмеру, значение «открытое со всех сторон, возвышенное место, базарная площадь, амбар», происходит от тюркского «майдан» («ровное, свободное место»).
Само слово «лукоморье» происходит от словосочетания «лука моря» и означает «изгиб морского берега». У восточных славян Лукоморье – это заповедная локация на краю вселенной (в старину вселенной называли вовсе не космические просторы, а попросту все известные на тот момент земли). Как и на острове Буяне, там находится мировое древо – ось мира (по нему можно попасть в иные миры: вершина дерева упирается в мир небесный, а корни уходят в мир подземный).
Согласно фольклорному материалу, собранному языковедом XIX века Фёдором Ивановичем Буслаевым, Лукоморье в зачинах народных молитв и заговоров упоминается как место, где в мир людей спускаются с небес и поднимаются из-под земли боги.
В исследованиях историка Николая Михайловича Карамзина и собирателя фольклора Александра Николаевича Афанасьева Лукоморье фигурирует как волшебная страна, где люди зимой впадают в спячку и просыпаются весной.
С Островами блаженных из «Слова о рахманах и о предивном их житии» связывают Лукоморье профессора Борис Андреевич Успенский и Владимир Яковлевич Пропп.
ОСТРОВА ВЕЧНОЙ ЖИЗНИ: ОСТРОВ БЛАЖЕННЫХ, ЭЛИЗИУМ, АВАЛОН, БРАЗИЛ
Элизиум – Елисейские поля
В античной мифологии присутствует остров Элизиум. Он представляет из себя часть мира мертвых. Тут нужно обратить внимание на Гесиода, который указывал, что несмотря на дела на земле при жизни, человек после смерти не будет караться или возноситься. Если вспомнить, Зевс отправил в Тартар целую кучу своих родственников и их сторонников. Но о вечных муках тут и речи не идет. А вот те персонажи, которые нанесли Зевсу личное оскорбление, были приговорены к вечным мукам. На остров Элизиум, пребывают только настоящие герои, совершившие множество благих дел. Они живут в вечной весне, радуются красоте ее красок. Проводят время беззаботно и радостно. Гесиод писал, что на данный остров лично Зевсом поселялись те, кто погиб в сражениях. Но уже позже, блаженный остров стал доступен праведникам, которые жили на острове, веселились и устраивали спортивные игрища, проводили музыкальные вечера. Такие праведники для начала получали признание судей загробного мира. Они были также сыновьями Зевса. Их имена: Минос, Радамант и Эак. Также на острове селились те, кто получил от богов бессмертие. А еще титаны из Тартара, которые наконец получили свободу. Поэтому на данном острове исходя из античных представлений жили: воины, павшие в сражениях, жрецы, служившие богам, пророки, люди благочестивые, изобретатели, работающие для человечества, те, о ком хорошо вспоминают после ухода. Люди, совершившие много хороших поступков, а также на этот остров попала богиня Гармония с мужем Кадмом. Остров блаженных находится под руководством Кроноса. Он сын Урана и Геи. Время его правления, когда он был верховным божеством, считалось золотым период для древних греков. Остров погружен в вечную весну. Елисейские поля привлекают взор прекрасными лугами, множеством цветов, зеленым лесом. Люди, живущие там, проводят время наслаждаясь вечностью.
Остров блаженных и Кернунн
Где-то на западе, посреди океана располагался остров блаженных по мифам галлов. Туда отправлялись души умерших воинов, которые героически пали на поле битвы. Их души уносятся на остров блаженных крылатым конем. А дельфин и телец указывают дорогу. У ворот острова, героев встречает Кернунн. На острове, души будут жить в вечной благодати. Кернунн – древнейшее божество кельтов. Его связывали с плодородием, военным делом, вероятно охотой, а также с загробным миром.
Авалон бриттов
Кельтские племена, которые жили на территории современной Британии имели свою легенду о волшебном острове. Его название – Авалон. Там живут бессмертные герои, а также волшебники. На Авалоне растут волшебные яблоки, которые даруют бессмертие. Именно на этот остров был привезен король Артур после смертельного ранения.
Остров Бразил
Еще в раннем средневековье в ирландских мифах появился загадочный остров Бразил. По всей видимости в основе названия острова лежит слово – прекрасный. Именно такое значение у имени Бреса. Он был правителем племени богини Дану. Брес потерпев поражение бежал на некий далекий остров, который стали отождествлять с Бразил. Остров окружен туманной дымкой. Которая рассеивается раз в семь лет. Только тогда можно увидеть жителей острова. На нем живут монахи и прочие люди. Они живут без забот и проблем. Это страна вечной юности и блаженства. В ирландский мифах существует Сид – другой мир. В свое время, когда люди победили племя Дану, уцелевшие его представители ушли в Сид. Но вообще в мифах говориться, что поселилось племя в холмы. В любом случаи, принято проводить равенство между Сидом и островом Бразил. Который по предположению населен представителями племени Дану, которые и пришли на территорию Ирландии с данного острова. Правителем Сида считается Дагда. Он божество загробного мира, под руководством которого находится не только царство мертвых, но и время.
Таков лишь краткий перечень мифических островов, а если точнее – Островов Блаженных. Их роль в мировой культуре трудно переоценить: они с давних пор не давали покоя путешественникам и писателям, заставляя первых отправляться в путь и открывать новые земли, а вторых – исследовать просторы собственного воображения.
|
